+7 (8212) 577-513
г.Сыктывкар, ул. Интернациональная 108, офис 305

«Куда потратить огромные деньги — 100 тысяч рублей?» Как самоуправление спасает деревню  Об этом со

img
12.11.2018

В Сельыбе живут 106 человек — в основном пенсионеры 50 лет и старше, рассказывает Анатолий Бушенев. Сельыб — это деревня в Удорском районе Республики Коми. Она стоит на берегу реки Мезень в 35 км от районного центра, поселка Усогорск. Здесь нет школы и детского сада, но есть фельдшерско-акушерский пункт и почта, куда раз в неделю привозят корреспонденцию, а еще магазин, клуб, лесничество и библиотека. Об этом сообщает Рамблер. Далее: https://news.rambler.ru/other/41253956/?utm_content=rnews&utm_medium=read_more&utm_source=copylink

Анатолий работает фельдшером в ФАПе. Его жена Ольга после выхода на пенсию и сокращения ставки второго фельдшера подрабатывает там же санитаркой. В 2014 году Анатолий организовал вместе с односельчанами территориальное общественное самоуправление (ТОС), а его супруга стала главным помощником и советчиком в общественной работе. За четыре года им удалось выиграть около десятка разных грантов. На эти деньги местные жители улучшают неустроенный деревенский быт. Мечта Бушеневых — отремонтировать дорогу, и тогда, может быть, в Сельыб потянутся туристы.
"Этими грантами налаживаем жизнь"
ТОС для Анатолия Бушенева — общественная, бесплатная работа. Проектотворчество здесь зародилось с подачи бывшей главы соседнего села Чернутьево. Она помогла организовать самоуправление, зарегистрировать его как юридическое лицо и написать первый проект на получение гранта. Потом потихоньку стали писать сами.
"Первый грант, который мы выиграли, был от «Коренных женщин Республики Коми» (региональное общественное движение — прим. ТАСС). Для меня это было очень трудно: не представляешь, куда можно потратить такие огромные деньги — 100 тысяч рублей! — рассказывает Ольга Бушенева. — И я пошла в фонд «Серебряная тайга» посоветоваться, что мы можем на эти 100 тысяч в нашей деревне сделать. Решили связать [расходы] с музеем, который только-только организовали. И эти 100 тысяч у нас были потрачены на ремонт веранды, которая протекала, на замену двери, на строительство мостиков. Установили ткацкий станок, хоть и хлипенький, но в рабочем состоянии. В комнату для совета ветеранов купили всю посуду, мойку, электросушилку, самовар".
Краеведческий музей «Живая старина», в котором сейчас около 400 экспонатов, жители деревни сами создали с нуля. «Сначала собирали денежки с людей на ремонт, поклеили обои, покрасили, занавески купили. Потом ходили по амбарам, по сараям, по заброшенным домам — собирали экспонаты. Местные женщины из совета ветеранов активно в этом помогали. Потом на грантовые средства перекрыли крышу. Когда музей появился, сельчане стали сами приносить вещи старинные. До сих пор несут», — рассказывает Анатолий.
После этого, по словам организаторов ТОС, у них «пробудился интерес».
"От района и от республики никакой помощи нет, если ничего не будешь делать, так и не будет ничего. Этими грантами и налаживаем жизнь", — говорит Анатолий.
На всю деревню слышно
Второй грант сельчане выиграли на проект «Песенные традиции Удоры». Собрали бабушек 70–80 лет, и те пели песни на коми и русском языке, которые даже поколению Бушеневых неизвестны. На грантовые средства выпустили диск и брошюру с этими песнями.
"Третий грант — на благоустройство двух родников. К ним сделали спуск — лестницу, беседку, обетные кресты. Бабушки сейчас ходят и благодарят, что можно без боязни к роднику спуститься. К юбилею деревни музыкальную аппаратуру выписали — клуб у нас маленький, в обычном деревенском доме, аппаратуры не было никакой. А как первый праздник с ней провели — Масленицу — так красота, на всю деревню слышно! У нас есть гостевой дом, приезжают туристы, немного, но приезжают. Вот мы и водим их в гостевой дом, клуб, церковь, на родники", — объясняет Бушенев.
В этом году ТОС еще выиграл президентский грант — 360 тысяч рублей на восстановление местной деревянной церкви Богоявления Господня. «1860 года постройки — единственная такая сохранилась в Удорском районе. Мы перекрыли прохудившуюся крышу профнастилом, новое крыльцо построили, территорию вокруг храма облагородили. Сейчас у нас храм, выкрашенный белой краской, издалека на горе виден», — рассказывает Анатолий.
В 2019-м Сельыб отметит 300-летие. «В прошлом году на грант выписали костюмы для коллектива „Полоснича“ (»Васильки" в переводе с коми — прим. ТАСС). Население-то старое, молодежи почти нету, наш творческий коллектив «Полоснича» из 15 человек — это и есть костяк деревни. Всё вместе делаем — на субботники вместе идем, поем и пляшем, праздники встречаем вместе, каждый год проводим день деревни в июле — народу на него приезжает отовсюду до 200 человек, все наши, сельыбские. Только у нас, Бушеневых, трое детей и пять внуков, обязательно все приезжают", — рассказывает глава ТОС.
К юбилею деревни сельчане выиграли еще один грант и построили арт-объекты: макет ветряной мельницы, метровый металлический колокол, украшенный мезенской росписью с фразами на языке коми «Видза корöм гортö» ("Добро пожаловать домой") и «Счастливого пути».
Третий арт-объект — подкова, на которой можно посидеть, сфотографироваться, тоже расписанная мезенской росписью. «Ну и еще мы обустроили смотровую площадку. Есть у нас возвышенность, гора Яг-чульк, вот на ней построили площадку четыре на четыре, забор, скамеечки, ну и лестница к площадке ведет. Там всю деревню и окрестности, всю красоту нашу видать далеко-далеко», — говорит Бушенев.
Минуты отчаяния
Однажды Анатолий Бушенев хотел бросить всю эту свою общественную деятельность, но супруга не позволила. «Почему? — переспрашивает он. — Знаете, сколько сплетен по деревне, что за спиной говорят? Что у меня чуть ли не трехэтажный дом или даже коттедж куплен в Сыктывкаре на грантовые деньги. А за грантовые-то деньги копейка в копейку отчитываться надо! В тот раз лишка получилась, 33 рубля осталось, так пришлось гвозди на развес купить, квитанцию приложить, чтобы закрыть проект, понимаете? Люди некоторые думают, что легко, а мы уже вторую неделю пишем отчет. 120 листов получается только по одному гранту! Там фотографии, чеки, отзывы, грамоты, финансовый отчет, — не буду забивать вам голову!»
С отчетом Анатолий едет в райцентр, отдает его сыну, а тот отправляет по электронке: в Сельыбе интернета нет. Потом еще надо напечатать и отправить в бумажном варианте. Составляют эти бумаги сами Бушеневы, набирая на клавиатуре по одной буковке. Сын купил им принтер и ноутбук и показал, как пользоваться, — теперь сами.
Интернет одно время в деревне был, по распоряжению главы республики его поставили, но год поработал, и у района деньги закончились. «1,6 млн рублей надо, чтобы продлить. Так и стоит в моем здании телевизор большой на всю стену, интернет, две тарелки, ноутбук — все лежит мертвым грузом. Ждем оптико-волоконную линию, обещали в следующем году», — рассказывает Анатолий.
Иногда хочется все бросить и уехать, говорит и Ольга. «Когда стараешься-стараешься, а поддержки не ощущаешь или еще люди сплетни начинают вести за спиной — сами нигде не участвуют, а разговоры ведут. А потом, когда с людьми пообщаешься, то в АТОСе в Сыктывкаре (региональная ассоциация ТОСов), то в „Серебряной тайге“, то на семинаре или практике, так кажется, что жить-то можно еще!» — рассуждает Ольга.
"Сами не сделаем — никто не сделает"
Очень расстраиваются сельчане, что нет хорошей круглогодичной дороги в деревню и что не удалось в этом году выиграть грант на ее обустройство. «Дорога в Сельыб грунтовая, бывшая лесовозная, нигде не числится. Но это единственная возможность добраться до деревни летом. Правда, сейчас из-за дождей сильно разбита, мост один размыло, его местный предприниматель немного восстановил, чтобы можно было проехать. Зимой через речку — 30 минут, и я в райцентре! А так — полтора часа эти 35 км. Но люди ездят, куда деваться», — рассказывает Анатолий.
По мнению Ольги, из-за дороги в деревне не бывает туристов, хотя для них построен гостевой дом. «Как-то был подъем первые три года — больше туристов было, а сейчас на убыль. Отдаленно мы получаемся: за 35 км, а как будто на другом конце света», — объясняет женщина.
Работы для инициативных людей в деревне очень много, рассказывает она. «Жителей в Сельыбе осталось мало, дома без хозяев рушатся. Территория бывшего леспромхоза — это сплошной развал, да еще и в центре села. Все сделать не можем, но пытаемся, что получается. Хочется жить в более комфортных условиях, чего сетовать на судьбу. Сами ничего делать не будем — никто ведь не сделает».
Диалог с односельчанами активисты поддерживают: обсуждают, чего людям хочется, что можно сделать самим. «Все организационные вопросы по субботникам — это муж Анатолий Валентинович, с мужчинами он контактирует. Садится за телефон и начинает обзванивать, каждому лично хорошие слова скажет. Кто-то приходит, а кто пообещает, да не придет. Да и возраст у людей такой, что не всякую работу смогут выполнить. Есть такой у нас Саша, если в вертикальном положении находится (не сильно пьян — прим. ТАСС), то обязательно придет на субботник. А кто-то так и останется в стельку валяться», — рассказывает Ольга.
"Многие сельчане благодарят нас — говорят, если бы не мы, ничего бы в Сельыбе и не было. Большая часть деревни все равно нас поддерживает", — уверена она.
"Сейчас у нас до февраля-марта отдых, отчеты сдаем. Потом ближе к весне вновь сядем проекты писать. Опять на президентский грант хотим подать — фундамент у церкви нужно поправить", — рассказывает Анатолий. Об этом сообщает Рамблер. Далее: https://news.rambler.ru/other/41253956/?utm_content=rnews&utm_medium=read_more&utm_source=copylink

Комментарий

Ф.И.О. *
Телефон
Email
Тема
Комментарий *
код
Код с картинки